«Не следует недооценивать политический потенциал»: оттолкнет ли Дональд Трамп своих избирателей война в Иране?

С 28 февраля 2026 года Дональд Трамп втянул Соединенные Штаты в самый значительный конфликт за последние десятилетия. Человек, который обещал избежать новых войн, утверждает, что действовал, потому что «чувствовал», что Иран собирается нанести удар. До промежуточных выборов осталось всего несколько месяцев, сможет ли Трамп оттолкнуть часть своего электората? С 28 февраля 2026 года Дональд Трамп втянул Соединенные Штаты в самый значительный конфликт за последние десятилетия, основываясь лишь на «чувстве». Об этом говорят не его политические оппоненты, а сам Белый дом. Человек, который во время своей предвыборной кампании обещал не втягивать Америку в новые войны, утверждает, что действовал, потому что, по его словам, у него было «чувство», что Иран готовится нанести удар по американским позициям. Всего за несколько месяцев до промежуточных выборов в ноябре 2026 года военное вмешательство, похоже, далеко не пользуется единодушной поддержкой. Согласно опросу, опубликованному 4 марта NBC, 52% американских избирателей выступают против войны в Иране. Отталкивает ли Дональд Трамп часть своего электората?

Чтобы обсудить это, Le Titre à la Une приветствует Лорика Хеннетона, преподавателя Версальского университета Сен-Квентин-ан-Ивелин, специалиста по политике и истории США.

Что беспокоит общественное мнение: гибель американских солдат или экономические последствия для цен на бензин и инфляции?

И до интервенции большинство было против, и это подтвердилось. Дело не столько в гибели американцев, хотя это было предсказуемо. Дело во всех этих негативных ожиданиях относительно цен на бензин и того факта, что он дорогой. Не следует забывать, что это стоит миллиарды долларов. Одна из претензий к американскому интервенционизму со времен Джорджа Буша-младшего заключается в том, что эти деньги «сжигаются» за пределами Соединенных Штатов, когда их можно было бы инвестировать внутри страны. Это аргумент, используемый демократами для увеличения социальных расходов. В европейской истории, до Первой мировой войны, существовали точно такие же дебаты между расходами на империи и социальными расходами. В Соединенных Штатах этот аргумент находит отклик, особенно в стране, где Дональд Трамп позиционировал себя как человека, желающего положить конец интервенционизму и безрассудным тратам. Дональд Трамп — первый президент эпохи опросов общественного мнения, который втянул страну в конфликт без общественной поддержки. Неужели общественное мнение больше не имеет для него значения?

Во время второй войны в Персидском заливе были события 11 сентября и эффект консенсуса вокруг флага и президента, которого больше нет. С одной стороны, не было еще одного 11 сентября, а с другой стороны, Трамп особенно склонен к расколу, что препятствует подобному единству.

Он начинает с уже настроенным против себя общественным мнением. Более того, он никого не слушает, и ему некому сказать то, что могло бы его расстроить. В течение его первого срока были генералы и дипломаты, которые могли сказать ему, что что-то не обязательно хорошая идея, или которые не делали в точности то, что он говорил. В течение его второго срока эта форма внутреннего сопротивления больше не существует; он получает все, что хочет, к лучшему или к худшему.

Его госсекретарь Марко Рубио — сторонник интервенционизма, в то время как вице-президент Дж. Д. Вэнс враждебно к нему относится. Неужели тех, кто мог бы стать противовесом, наконец-то заставляют замолчать?

Дж. Д. Вэнс имеет значительный послужной список против интервенционизма, как и Трамп, чьи прошлые твиты против интервенционизма в Иране всплывают на поверхность. Вэнс еще недавно говорил: «Мы — путь к миру». Однако он нацелен на президентство в ноябре 2028 года. Поэтому для него нелогично вступать в конфликт по идеологическому вопросу с президентством Соединенных Штатов.

Он меняет свою позицию, утверждая, что война — это мир.

Это противоречит его идеологии, но он показал, что способен её изменить, ведь в 2016 году он сравнивал Трампа с Гитлером. Белый дом заслуживает нескольких резких поворотов. Идёт борьба между Вэнсом и Рубио, и Трамп использует это, спрашивая советников, кого он видит своим преемником. Атмосфера в Белом доме вряд ли будет спокойной.

Как реагирует на войну в Иране база сторонников MAGA (Make America Great Again), изначально избранных на антиинтервенционистской платформе «Америка прежде всего»?

Это очень интересное явление. База сторонников MAGA в первую очередь лояльна к Трампу как к человеку, а не к его идеям. Опросы показывают, что если они и являются сторонниками MAGA, то они выступают за войну, потому что они, прежде всего, сторонники Трампа.

Мы наблюдаем раскол между правым крылом MAGA (основная часть электората) и такими влиятельными фигурами, как Такер Карлсон или Марджори Тейлор Грин, которые являются давними противниками интервенционизма и остаются верны своим ценностям. Это влияние имеет решающее значение для промежуточных выборов в ноябре. Повлияет ли этот конфликт на результаты? Сам по себе конфликт не повлияет, потому что Трамп всегда прав среди электората MAGA. Однако последствия конфликта, особенно в отношении цен на топливо, могут иметь значение. Опросы показывают, что правое крыло MAGA остается лояльным, но если президент, который отстаивал покупательную способность, перестанет быть лояльным, часть электората (испанцы и т. д.) может почувствовать себя преданной. Они могут проголосовать за демократов или вообще не голосовать, что станет потерей для кандидатов от республиканцев. В таком случае Сенат может перейти под контроль демократов, что еще несколько недель назад было немыслимо.

Экономические показатели Дональда Трампа не так уж хороши, несмотря на инфляцию, которая может снова вырасти?

Когда общественное мнение негативно, цифры перестают иметь значение. Если Трамп, который хвастался тем, что является президентом мира и покупательной способности, станет президентом войны и высоких цен на бензин, это восприятие его как «неудачника» может иметь серьезные последствия на выборах.

Сможет ли он изменить ситуацию, например, если иранский режим падет и цены на бензин упадут?

Это сценарий, при котором все идеально складывается, но это очень маловероятно. Мы видим жесткую линию в Иране, а не сценарий народного восстания.

Трамп всегда переписывает историю в угоду своим собственным целям. Американская экономика, и Трамп в частности, обладают устойчивостью. Мы ни в коем случае не должны недооценивать этого политического зверя, каким является Трамп.